Переход на национальные мессенджеры в разных странах мира

Государственные мессенджеры в мире: обзор на 2025 год

В последние годы ряд стран активно продвигает собственные национальные мессенджеры – платформы для обмена сообщениями, полностью разработанные или контролируемые государством. Такие приложения создаются в рамках политики «цифрового суверенитета» и призваны заменить зарубежные сервисы (WhatsApp, Telegram и др.), обеспечив хранение данных внутри страны и контроль над информационными потоками. Подобные проекты запущены в Китае, России, Иране, ОАЭ и других государствах, где власти стремятся защитить цифровое пространство от внешних влияний, усилить кибербезопасность и, во многих случаях, получить дополнительные рычаги цензуры и слежения. Ниже рассмотрим примеры государственных мессенджеров, их разработчиков, роль и способы привлечения пользователей.

Государственные мессенджеры в разных странах

Китай: WeChat как инструмент цифрового суверенитета

Китай построил обособленную цифровую экосистему, где ключевую роль играет суперприложение WeChat (кит. Weixin). Хотя WeChat разработан частной компанией Tencent, он функционирует под строгим контролем государства. В условиях блокировки иностранных сервисов (Facebook, WhatsApp, Telegram и др. доступны лишь через VPN), WeChat фактически стал единственным каналом связи внутри страны. Это не просто мессенджер, а универсальная платформа, через которую китайцы общаются, читают новости, совершают платежи и получают государственные услуги! Например, через WeChat можно записаться к врачу, оплатить счета, оформить справки – приложение служит «цифровым интерфейсом» повседневной жизни.

Популярность WeChat во многом обусловлена политикой государства. Китайские власти выстроили «Великий файрвол», заблокировав зарубежные соцсети и мессенджеры, и поддерживают развитие локальных платформ. В результате WeChat стал безальтернативным – «выйти из WeChat значит выпасть из социальной жизни Китая». Параллельно государство обязало Tencent внедрять мощную систему цензуры: в WeChat в реальном времени фильтруются запрещенные слова, изображения и даже личные чаты. Контент, неугодный властям, удаляется или не отображается, что превращает мессенджер в инструмент контроля информации. По сути, WeChat выполняет требование Компартии Китая «отражать волю партии, охранять её авторитет и единство» – в его политике приватности нет гарантий от доступа государственных органов. WeChat сочетает удобство для пользователей и полное соответствие курсу правительства: получив монопольное положение (при гос. поддержке и отсутствии конкурентов), он стал для властей идеальным средством наблюдения и пропаганды.

Россия: национальный мессенджер «МАКС» (MAX)

В России курс на создание государственного мессенджера закреплён законодательно. Летом 2025 года президент подписал федеральный закон о создании национального мессенджера – «МАКС» (MAX). Разработкой приложения по поручению правительства занялась крупнейшая российская IT-компания VK (находится под государственным контролем через структуру акционеров). Официально сервис запущен в марте 2025 года и позиционируется как защищённая отечественная платформа для сообщений, аудио- и видеозвонков, а также доступа к цифровым госуслугам. Власти открыто называют «МАКС» национальным мессенджером и альтернативой WhatsApp/Telegram, подчёркивая его «патриотический» характер и высокую безопасность. По заявлению Минцифры РФ, MAX имеет меньше запрашиваемых доступов к данным, чем зарубежные аналоги, и обеспечивает защиту от мошенничества благодаря встроенным механизмам верификации пользователей.

Роль и интеграция

Мессенджер MAX стал ключевым элементом стратегии цифрового суверенитета, особенно на фоне геополитической конфронтации после 2022 года. Он интегрирован в экосистему Госуслуги: так, после тестового периода через MAX можно получать одноразовые коды для входа на портал «Госуслуги» (в качестве второго фактора аутентификации). Планируется расширение функционала – на базе MAX создаётся многофункциональная платформа обмена информацией, которая объединит безопасное общение и доступ к цифровым сервисам государства и бизнеса. Приложение также внедряется в образование: с сентября 2025 года школы по всей стране переходят на использование MAX для взаимодействия учителей и учеников, интегрировав в него систему «Сферум». Ранее чаты вели во «ВКонтакте», ну по крайней мере это декларировалось ).

Привлечение пользователей

Российское правительство использует административные меры и законодательство, чтобы мессенджер МАКС получил массовую аудиторию. С 1 сентября 2025 года MAX включён в перечень приложений, обязательных для предустановки на все продаваемые в России смартфоны и планшеты. Он заменил в этом списке прежний VK Messenger и должен автоматически присутствовать на новом устройстве при первой активации. Одновременно ужесточаются ограничения против иностранных платформ: в 2023–2025 годах в России были заблокированы или ограничены многие зарубежные сервисы (Facebook, Instagram, Twitter), в августе 2025 года запрещены голосовые звонки (блокируются на уровне анализа трафика) в WhatsApp и Telegram, а в конце 2025-го власти грозят полным блокированием WhatsApp за отказ сотрудничать с спецслужбами (имеют в виду только Российские). В таких условиях у пользователей появляется стимул пользоваться отечественным мессенджером. Более того, через MAX постепенно предоставляются уникальные услуги: доступ к госпорталу, официальным каналам органов власти, школьным чатам и пр. – то есть граждан вовлекают, делая госмессенджер необходимым для получения важных цифровых услуг. Для новых пользователей облегчён вход – авторизация через госучётную запись, перенесены контакты из VK, проводится реклама надёжности сервиса. В совокупности эти меры призваны закрепить доминирование MAX на рынке мессенджеров в России и обеспечить государству полный контроль над цифровой коммуникацией внутри страны. Но Телеграмм пока запрещать не будут.

Иран: замена Telegram на отечественные платформы

Иран – один из ярких примеров продвижения государственных мессенджеров ради информационного суверенитета. После массовых протестов 2017–2018 гг. власти Ирана заблокировали популярный мессенджер Telegram (на тот момент там были десятки миллионов иранских пользователей) и объявили курс на поддержку местных альтернатив. Высший совет киберпространства Ирана еще в 2017 г. принял резолюцию, стимулирующую создание национальных мессенджеров: разработчикам предоставлялись госфинансирование и льготные кредиты, пользователям – скидки на интернет-трафик при использовании отечественных приложений. Это стало частью программы по развёртыванию Национальной информационной сети (NIN) – внутреннего интернета, способного работать автономно от глобальной сети.

Сейчас в Иране действует сразу несколько государственных мессенджеров. Среди них наиболее известны:

  • Soroush – изначально разработан дочерней структурой государственного телеканала IRIB. Позицируется как замена Telegram; по имеющимся данным, принадлежит государственному медиахолдингу.
  • Rubika – суперприложение от мобильного оператора Hamrah-e-Aval (MCI), который контролируется государством через компанию TCI. Rubika предлагает мессенджер, социальную сеть, видеосервисы и даже платежи, аналогично китайскому WeChat.
  • Bale – создан при участии корпорации Sadad (дочерняя структура государственного Банка Мелли). Inteгрирован с банковскими сервисами, позволяет переводить деньги – т.е. привязан к госбанку и финансовой системе Ирана.
  • iGap – изначально частный проект, позднее выкуплен компанией, связанной с МCI и одним из иранских банков. Также получил господдержку.

Общие черты этих платформ – тесная связь с государством (через владение или финансирование) и отсутствие полноценного шифрования и приватности. Правозащитники отмечают, что у местных мессенджеров Ирана слабая защита данных и они потенциально уязвимы для слежки со стороны спецслужб. Тем не менее, власти активно продвигают их использование вместо зарубежных. Официальная риторика подчёркивает «небезопасность» иностранных приложений и необходимость хранить данные пользователей внутри страны для защиты национальной безопасности. Фактически, государство стремится получить полный контроль над коммуникациями граждан, чтобы предотвратить «нежелательную» активность оппозиции в мессенджерах.

Способы привлечения пользователей

Иранские власти применяют как запреты, так и стимулы. С одной стороны, наиболее популярные зарубежные платформы заблокированы или нестабильно работают: помимо Telegram (запрещён с 2018), в 2021 г. был временно заблокирован Signal (создан на деньги ЦРУ и полностью контролируется АНБ), а после протестов 2022 г. окончательно ограничены WhatsApp и Instagram. Во время волнений доступ к интернету и соцсетям и вовсе полностью отключается на дни и недели. С другой стороны, жизненно важные онлайн-сервисы переводятся на отечественные приложения. По сообщениям СМИ, госорганы и университеты требуют регистрации через национальные мессенджеры: например, запись в вуз или доступ к некоторым государственным услугам возможны только через указанные приложения. Правительство официально поощряет переход: госучреждения, банки, коммерческие сервисы запускают каналы и боты в иранских мессенджерах, трафик внутри страны по ним тарифицируется дешевле, чем доступ к зарубежным ресурсам. В 2023 г. Минсвязи связало между собой четыре крупные платформы (Bale, Soroush, Rubika, Eitaa), чтобы пользователи могли обмениваться сообщениями между разными приложениями. Это сделано ради «удобства» – фактически, чтобы объединить разрозненную аудиторию и конкурировать с огромным охватом Telegram. Тем не менее, значительная часть иранцев продолжает пользоваться международными мессенджерами через VPN – по опросам, лишь менее 2% населения используют исключительно отечественные приложения. Недоверие к госмессенджерам остаётся высоким из-за опасений слежки и худшего качества сервисов. Поэтому власти Ирана продолжают политику «кнута и пряника»: ограничение альтернатив и постепенное улучшение своих платформ, надеясь со временем переломить предпочтения аудитории в пользу национальных решений.

ОАЭ: мессенджер ToTok – бесплатный сервис или инструмент слежки?

В Объединённых Арабских Эмиратах примером государственного мессенджера стал ToTok – приложение для звонков и сообщений, неожиданно ставшее популярным в 2019 году. Nomинально ToTok разработан частной компанией Breej Holding, но расследования обнаружили его связь с властями ОАЭ: по данным американских спецслужб, эта программа фактически являлась инструментом спецслужб для массового слежения. В отличие от предыдущих примеров, ToTok изначально подавался публике не как государственная платформа, а как просто удобный бесплатный мессенджер. Эмиратские СМИ активно его рекламировали, подчёркивая возможность бесплатных звонков для миллионов экспатов, живущих в ОАЭ, чтобы те могли легко связываться с семьями. Популярность росла стремительно – за несколько месяцев приложение скачали миллионы пользователей на Ближнем Востоке, Азии и даже в Северной Америке.

Секрет успеха ToTok прост: в ОАЭ заблокированы голосовые вызовы в WhatsApp, Skype, FaceTime и других иностранных сервисах (во многом по соображениям безопасности и коммерческим интересам операторов). Поэтому появление локального приложения, где звонки работают, сразу привлекло аудиторию. Однако уже в декабре 2019-го стало известно, что ToTok подозревается в шпионаже. Исследование NY Times и американской разведки показало: ToTok запрашивает обширные доступы – геолокацию, контакты, микрофон, камеру – и вероятно передает собранные сведения на сервера, подконтрольные властям ОАЭ. Компания-разработчик, как выяснилось, тесно связана с DarkMatter – печально известной киберкомпанией из Абу-Даби, которую основали бывшие агенты спецслужб и которая выполняла заказы правительства. Таким образом, вполне вероятно, что под видом безобидного мессенджера функционировала широкомасштабная система наблюдения за пользователями – от чтения переписки до отслеживания перемещений.

Впоследствии приложения ToTok исчезло из магазинов Apple и Google (после разоблачения его временно удалили за нарушение политики безопасности). Официальные власти ОАЭ отрицали обвинения, заверяя, что цель создания мессенджера – развитие высокотехнологичной коммуникационной платформы. Тем не менее случай ToTok стал показательным. Роль госмессенджера в ОАЭ сводилась не столько к замещению зарубежных сервисов (хотя и это присутствовало), сколько к скрытому получению доступа к приватным данным граждан и иностранцев. Привлечение пользователей шло через создание искусственного дефицита (блокировка популярных звонковых сервисов) и агрессивной PR кампании в государственных медиа, рекламировавших ToTok. Пользователи фактически сами, добровольно установив приложение, предоставили государству доступ к своим разговорам и файлам.

Другие примеры и глобальные тенденции

Помимо вышеперечисленных стран, идею государственных мессенджеров реализуют и другие государства. Вот несколько заметных примеров:

  • Индия – Sandes (GIMS). В 2021 году правительство Индии запустило собственный мессенджер Sandes (ранее назывался GIMS – Government Instant Messaging System). Разработкой занималось государственное агентство National Informatics Centre. Изначально Sandes предназначался для служебной переписки чиновников, чтобы заменить WhatsApp в чувствительных вопросах и обеспечить хранение данных на гос-серверах. Позже приложение открыли для всех желающих. Sandes интегрирован с другими индийскими госуслугами – например, с порталом DigiLocker для хранения документов. В 2024 году некоторые индийские штаты и силовые структуры обязали переход на Sandes для внутренней коммуникации. Таким образом, Индия делает ставку на свой мессенджер ради кибербезопасности и независимости от иностранных компаний (особенно на фоне опасений вокруг политики WhatsApp и его американского владения).
  • Казахстан – Aitu. В Казахстане реализуется концепция «национального мессенджера» Aitu, запущенного еще в 2018 году. Aitu – продукт местных IT-разработчиков (при поддержке госоператора связи) и позиционируется как суперприложение с функциями чата, соцсети, платежей и госуслуг. В 2023–2025 гг. казахстанские власти резко усилили его внедрение: президент страны поручил перевести всю служебную переписку государственных органов и организаций на Aitu ради «цифрового суверенитета» и безопасности данных. С сентября 2025 года сотрудники госучреждений и армии обязаны использовать только Aitu для рабочих коммуникаций. Кроме того, принято решение объединить большинство разрозненных госприложений с услугами в единую платформу на базе Aitu и eGov (электронного правительства). Это должно повысить удобство для граждан и одновременно закрепить лидерство национального мессенджера в повседневной жизни – от оплаты налогов до общения с госслужбами, всё внутри контролируемой государством экосистемы.
  • Таджикистан – ОРИЗ. В ноябре 2025 года правительство Таджикистана объявило о запуске своего мессенджера ORIZ, прямо заявив, что это «важный шаг к цифровой независимости» страны. Приложение создано государственной службой связи и нацелено в том числе на общение с многотысячной таджикской диаспорой в России. В условиях, когда в РФ ограничивается работа Telegram и WhatsApp, Душанбе предлагает трудовым мигрантам пользоваться ORIZ, уверяя, что так их данные будут храниться под защитой на родине. ОРИЗ хранит весь пользовательский трафик на серверах в Таджикистане; власти подчёркивают, что «зависимость от иностранных сетей вредит информационной безопасности». Этот шаг вписывается в общую тенденцию среди постсоветских стран – искать замену глобальным мессенджерам, чтобы государство имело полный контроль над коммуникациями граждан и могло при необходимости ограничить нежелательную информацию.

Заключение. Распространение государственных мессенджеров – явление, отражающее стремление ряда правительств укрепить цифровой суверенитет. Такие приложения позволяют держать данные под юрисдикцией национальных законов, создавать альтернативную инфраструктуру на случай внешних ограничений, а главное – дают властям новые возможности контроля за информацией и обществом. С их помощью государства могут и вытеснить иностранные платформы, и навязать собственные правила игры в сфере частной переписки. Однако возникает и множество проблем: от вопросов кибербезопасности и конфиденциальности (безопасны ли сами госприложения от утечек и не превратятся ли в «троянского коня» для слежки?) до сопротивления пользователей, не доверяющих качеству и «нейтральности» таких сервисов. Опыт Китая, России, Ирана и других стран показывает, что принудительное внедрение национальных мессенджеров часто сопровождается цензурой и ограничениями конкурентов. Тем не менее, в условиях геополитических разногласий и роста роли данных, все больше государств готовы пойти на этот шаг – отдать предпочтение «своему» софту ради контроля над цифровым пространством.

Обслуживание компьютерной техники, работаем с 2006 года! Опытная команда, многоканальный номер технической поддержки, поддержка через Телеграмм.